Микаел Минасян: «Эта история не о Самвеле и не о церкви: имя этой истории — Армянский вопрос»

ПОЛИТИКА - 09 Июля 2025 - 23:52  |  Просмотров - 343

Бывший посол Армении при Святом Престоле Микаел Минасян прокомментировал ситуацию вокруг бизнесмена Самвела Карапетяна. Он, в частности, написал:

«Все это — не о Самвеле, не о церкви, не об истории армянского народа, не об Арцахе, Сюнике, сданных селах, забытом Джермуке или преданной войне. Это не о “Электросетях Армении”, не о суверенитете, не о русофобии и не о прозападной ориентации. Это история о нас.

Когда смотришь на то, что происходит сегодня, испытываешь от стыда до отвращения, от боли до разочарования.

Самвел никогда не занимался своей рекламой или пиаром. Никогда, на самом деле. В противном случае, возможно, все бы знали, что он один из крупнейших меценатов в тысячелетней истории армянского народа.

Чем Самвел отличается от Кирка Крикоряна, Ованеса Лазаряна, Алека Манукяна или Галуста Гюльбенкяна? Одним эпизодом: помимо меценатства, он в самый критический момент физически встал рядом с армянами в Армении, рискуя жизнью, и сказал: “Я здесь”.

У всех народов есть богатые люди — посмотрите список Forbes. Но сейчас лишь немногие народы стоят перед экзистенциальной угрозой, и в этих странах единицы из богатых решаются выступить. И вряд ли найдется страна, где такого человека посадили бы в тюрьму — и общество не восстало бы.

Если бы благотворительность Самвела преследовала прагматичные цели, сотни деятелей культуры, спортсменов, ученых, предпринимателей, которым он помогал десятилетиями, сегодня открыто поддержали бы его. Как и армяне из России, Арцаха и самой Армении, для которых он строил и продолжает строить больницы, села, помогает с образованием и жильем.

Я хочу подчеркнуть не их молчание, а то, что Самвел делал все это действительно бескорыстно. И сегодня он ничего не требует, особенно учитывая, что 100% армянского народа, даже те, кто поддерживает действующего диктатора, уверены: Самвел сидит в тюрьме за свои убеждения.

Самвел — один из величайших благотворителей в истории армянского народа и единственный, кто находится в тюрьме за совесть и честь — в Армении.

Это заключение логично вписывается в более широкий контекст событий:

— Католикос всех армян в Берне говорит об Арцахе и праве арцахцев на возвращение,
— диктатор едет в Турцию,
— власти Армении начинают открытую борьбу с Армянской апостольской церковью,
— самый богатый армянин встает на сторону церкви и национального достоинства,
— его немедленно заключают в тюрьму,
— а тот, кто его посадил, завтра в Абу-Даби встречается с Алиевым, чтобы окончательно договориться, что отдаст из армянского имущества в обмен на удержание власти.

Эта история — не о Самвеле. Не о церкви. Это о нас, об Армении. О той истории, что началась со святого Стефаноса, прошла кровавыми и предательскими остановками через Степанакерт — и уже в Ереване. Имя этой истории — Армянский вопрос».

Aysor