«ФактИнфо»: Созданный под видом борьбы с коррупцией «чрезвычайный суд» стал дубинкой в руках власти

ПОЛИТИКА - 11 Ноября 2025 - 18:34  |  Просмотров - 351

В Армении уже третий год функционирует Антикоррупционный суд, который был сформирован как новое, реформированное звено судебной системы. Однако, как указывает ряд правозащитников, он превратился в «чрезвычайный суд» и служит для исполнительной ветви власти в качестве инструмента политического контроля и дубинки, говорится в материале  «ФактИнфо».

Материал публикуем ниже:

«Зачем был создан Антикоррупционный суд?

Антикоррупционный суд действует с августа 2022 года в рамках судебно-правовой реформы. Основной задачей этого специализированного суда является рассмотрение уголовных дел о коррупционных преступлениях, а также дел о конфискации имущества высокопоставленных должностных лиц на основании признаков коррупции. В качестве заявленной цели указывалось повышение эффективности расследования коррупционных преступлений, а также доверия общества к правосудию, но в реальности произошло с точностью до наоборот.

За последние три года этот суд стал одной из самых критикуемых структур. Основная причина заключается в восприятии о его политизированности. Оппозиционные силы и ряд правозащитников утверждают, что Антикоррупционный суд стал для исполнительной власти инструментом политического контроля. Большинство дел, находящихся в ведении упомянутого суда, касаются бывших чиновников или критиков власти. Между тем дела против представителей действующей власти открываются не с той же строгостью. Более того, доступ к информации об этих делах на стадии предварительного расследования значительно ограничен, в результате чего общественность не имеет возможности следить за их дальнейшим ходом.

Судьи как инструменты политического влияния

О создании «чрезвычайного суда» под названием Антикоррупционный суд свидетельствуют и назначения судей. Правда, механизмы оценки кандидатов закреплены законом, однако эксперты считают, что критерии зачастую субъективны, а некоторые назначения политически мотивированы.

Ряд недавно назначенных судей Антикоррупционного суда ранее занимали должности в Министерстве юстиции, Следственном комитете(СК), Прокуратуре и других государственных структурах. Например, Вардкес Саркисян перевелся в Антикоррупционный суд из Генпрокуратуры Республики Армения, где до назначения судьей он работал старшим прокурором в управлении по делам о преступлениях против общественной безопасности. Или Саркис Дадоян, который до назначения судьей работал под ведомством кабмина -   старшим следователем отдела расследования дел о преступлениях, направленных против экономической деятельности,  здоровья населения, и преступлениях общего характера следственного департамента Службы национальной безопасности(СНБ) Армении. Еще один судья, Ваге Долмазян, до назначения судьей Антикоррупционного суда РА занимал пост прокурора Лорийской области.

Можно и дальше приводить примеры, но и приведенных уже достаточно, чтобы считать обоснованными опасения экспертного сообщества о том, что судьи во многом находятся под влиянием прокуратуры и исполнительной власти. Генеральный прокурор же ранее был помощником премьер-министра Армении и по-прежнему отчитывается перед главой правительства о ходе дел.

Суд как компостер для вынесения обвинительных приговоров

Статистические данные также свидетельствуют о скованности Антикоррупционного «чрезвычайного суда», особенно в делах, находящихся в центре внимания политической власти и под обвинительным уклоном прокуратуры.

В ответ на письменный запрос «ФактИнфо» в Генпрокуратуре РА сообщили, что в период с 1 июля 2022 года по 30 июня 2025 года прокурорами управления по надзору за законностью досудебного производства Генпрокуратуры РА в Антикоррупционном комитете в Антикоррупционный уголовный суд было передано 460 уголовных дел.

За тот же период из находящихся в ведении вышеуказанного ведомства материалов Антикоррупционным уголовным судом РА по 260 уголовным делам были вынесени обвинительные приговоры, а по 12 делам – оправдательные, а еще 44 дела были прекращены.

В ведомстве не уточнили, сколько из них вступили в законную силу, а также не ответили на вопрос о количестве дел и приговоров, связанных с конфискацией незаконного имущества. Кроме того, в Антикоррупционном уголовном суде также рассматривается ряд дел, производство предварительного следствия по которым велось в СК, однако эти данные, по сути, также не были переданы.

Однако, по имеющимся данным, оправдательные приговоры были вынесены примерно в 5% случаев из 460 дел. Конечно, властные круги пытаются оправдать ориентированное на обвинение поведение суда обоснованностью обвинений, но более глубокое изучение свидетельствует о том, что обвинительные акты, решения об ограничении прав выносятся преимущественно по делам критиков действующей власти, которые не всегда вступают в законную силу, поскольку оспариваются и опираются на доказательства, взятые с потолка.

Суды во многом обслуживают интересы власти

Антикоррупционный суд, как сообщил «ФактИнфо» адвокат Ерванд Варосян, был создан в тот период, когда контроль политической власти еще не в полной мере распространился на другие суды.

Отметим, что после прихода Никола Пашиняна к власти суды в лице отдельных судей пытались противостоять политическому контролю и выносить судебные акты по совести, как это закреплено действующим законодательством. Однако глава исполнительной власти распорядился блокировать суды, лично руководя этими противоправными действиями, стал нацеливаться на судей, считая их «скулящими под стенами». Затем были возбуждены дела и против отдельных судей, даже без преодоления их неприкосновенности, а полномочия ряда судей, обладающих большим авторитетом, были прекращены. Вот в такой среде был создан Антикоррупционный суд.

«Тогда он послужил своей цели, но сейчас я не вижу существенной разницы между этими и другими судами. Он стал обычным судом, по интересующим власти делам выполняет то, что интересуют власти. И по другим делам порой отправляет правосудие. Я воздержусь от указания каких-либо различий, потому что дела обстоят так, что нет никакой разницы межу этим или другими судами, везде ситуация одинакова», — подчеркнул Ерванд Варосян.

По его словам, Антикоррупционный суд был создан, потому что ход рассмотрения дел в других судах удовлетворял власти не в полной мере;  возможно, они и не создали бы его, если бы дела обстояли так, как обстоят сейчас. Как подчеркивает адвокат, в целом независимой системы правосудия как таковой нет. «Теперь, назовут ли суд так или иначе, откроют ли пять судов или их будет три, суть от этого не меняется», — добавил он.

В свою очередь адвокат Зорайр Арутюнян также отметил, что создание отдельного суда само по себе не способствует интересам правосудия и повышению эффективности судебной системы. Этот суд в судебной системе, по оценке Арутюняна, является определенно проблемным в том плане, что как уголовный, так и гражданский Антикоррупционный суды руководствуются соответствующим уголовным и гражданским законодательством и дают соответствующие толкования, которые зачастую противоречат трактовкам суда общей юрисдикции. Эти коллизии еще более проявляются в Кассационном суде, в палате по уголовным делам и антикоррупционной палате.

В плане повышения качества отправления правосудия Арутюнян отмечает, что проблема заключается не в суде, в его создании или роспуске, а в самом судье. Следовательно, указал он, проблема кроется не в судоустройстве; следует понимать, что есть очень хорошие судьи и есть плохие судьи, и так называемые «плохие» судьи должны нести ответственность за неполное или ненадлежащее осуществление правосудия, поскольку тем самым они калечат жизнь людей.

«Именно тут вопрос с плоскости судоустройства переходит в плоскость компетенций Высшего судебного совета(ВСС) и Комиссии по этике, где процессы, по моему глубокому убеждению, идут в неверном направлении. Они никак не способствуют тому, чтобы квалифицированные специалисты, осуществляющие качественное правосудие, оставались в системе и продолжали работать на эту систему, для Республики Армения. Скорее, наоборот. Людей, которых следовало бы призвать к ответственности еще много лет назад, к ответственности не привлекают», — сказал Зорайр Арутюнян.

Для вывода Антикоррупционного суда из-под влияния политической власти, по мнению экспертов, необходимо уточнить критерии назначения судей, пересмотреть полномочия Антикоррупционного суда, а также реформировать состав ВСС в сторону внедрения элементов общественного контроля.

Именно Высший судебный совет отбирает кандидатов в судьи, составляет списки для продвижения по службе, а также привлекает их к ответственности. Между тем и Конституционный суд, и ЕСПЧ уже зафиксировали неправомерность задействованных ВСС механизмов для привлечения судей к ответственности.

Другими словами, судьи во многом пытаются оправдать ожидания Высшего судебного совета, чтобы сохранить за собой судейское кресло. А то, что ВСС не является независимым органом в Армении, засвидетельствовали также Никол Пашинян, а также Карен Андреасян, который подал в отставку с должности председателя Высшего судебного совета по требованию главы исполнительной власти Никола Пашиняна, что проявилось в отправке «SMS-сообщения». Бывшая же помощница Пашиняна, ныне генеральный прокурор Анна Вардапетян, не инициировала уголовного производства по факту нарушения принципа разделения властей и оказания давления на суды со стороны исполнительной власти».

Panorama.am