Вчера Москва не выполнила ожиданий Еревана, а сегодня стороны уже обсуждают всё по-братски.

Заявление министра иностранных дел и международной торговли Армении Арарата Мирзояна о «братских» отношениях с Россией — это тот случай, когда дипломатическая формулировка рискует превратиться в невольную комедию.

Тем не менее, фактом является то, что, выступая перед журналистами в рамках саммита лидеров COP17, глава нашего  внешнеполитического ведомства заявил: «Отношения Армения — Россия оцениваю как братские, обсуждения — как конструктивные, проблемы — как решаемые».

Более того, Мирзоян подчеркнул, что на всех уровнях, которые ему известны, армяно-российские отношения остаются конструктивными, а существующие разногласия вполне преодолимы. Наверное, с его точки зрения, это звучит красиво. Почти как поздравительная открытка к очередному юбилею многолетней дружбы двух народов. Вот только есть одна проблема: если сопоставить слова Мирзояна с заявлениями, которые в последние годы делали сам премьер-министр Никол Пашинян, бывший спикер Национального собрания Ален Симонян и другие представители   руководства, республики  возникает закономерный вопрос: о каком именно братстве идёт речь?

О том, в котором одна сторона регулярно обвиняет другую в невыполнении союзнических обязательств, предательстве, бездействии и создании угроз собственной государственности?  Или же отечественная дипломатия решила, что политическую память общества можно обнулить одним удачно подобранным прилагательным? Если это так, то мы готовы о многом напомнить.

Начнём с Николa Пашиняна, который на протяжении нескольких лет неоднократно предъявлял Москве претензии, касающиеся её политики на Южном Кавказе. Вопросы к России возникали прежде всего в связи с событиями вокруг Нагорного Карабаха, деятельностью российских миротворцев и отсутствием, по оценке армянского руководства, необходимой реакции Москвы на действия Азербайджана.

В сентябре 2023 года, после азербайджанской карательной операции  и последовавшего массового исхода армянского населения из Карабаха, Пашинян публично заявил, что российские миротворцы провалили свою миссию. В интервью британскому изданию POLITICO в том же месяце он обсуждал невыполнение обязательств, связанных с обеспечением режима безопасности в регионе. Впоследствии армянский премьер продолжил развивать эту тему, указывая на противоречия между ожиданиями Еревана от союзнических отношений с Москвой и реальными действиями российских структур.

В декабре 2023 года Пашинян вновь обратился к событиям 2020 года и последующего периода, заявив, что Москва не выполнила ряд обязательств, предусмотренных трёхсторонними договорённостями. В интервью общественному телевидению Армении он подробно перечислял эпизоды, которые, по его мнению, свидетельствовали о несостоятельности прежней системы гарантий безопасности. Эти заявления доступны на официальном сайте правительства Армении.

Москва неоднократно предлагала собственное объяснение происходившего, ссылаясь на содержание трёхсторонних договорённостей, изменение обстановки в регионе и обстоятельства, ограничивавшие возможности миротворческого контингента. Однако для понимания нынешней риторики Мирзояна важно другое:  наш  премьер сам публично ставил под сомнение эффективность российского союзничества и заявлял о провале миротворческой миссии.

Не менее показательно поведение Алена Симоняна, который в бытность спикером Национального собрания Армении также неоднократно выступал с заявлениями, ставившими под сомнение роль России в карабахских событиях. 22 декабря 2023 года, отвечая журналистам на вопрос о возможной роли российской стороны в действиях Азербайджана, Симонян говорил о бездействии российских миротворцев.

Он напомнил, что в Арцахе люди разворачивали плакаты с изображением Владимира Путина и надписями «Спасибо, Россия», рассчитывая на защиту, но затем столкнулись с совершенно иной реальностью. При этом Симонян не стал прямо утверждать, что Москва подстрекала Азербайджан к военным действиям, однако сам факт публичного акцента на бездействии российского контингента был достаточно красноречивым.

В сентябре 2024 года Симонян пошёл ещё дальше в своих оценках событий вокруг Карабаха. Он утверждал, что целью операции сентября 2023 года якобы было не только изгнание армянского населения из Арцаха, но и создание угрозы самой Армении, вплоть до захвата её территорий и уничтожения государственности. Это была политическая оценка спикера, а не установленный факт о целях Азербайджана. Однако она хорошо показывает, насколько тревожной армянская сторона представляла себе региональную ситуацию и насколько далеко заходила в публичных рассуждениях о потенциальных угрозах.

Было бы, однако, неверно представлять ситуацию так, будто все претензии исходили исключительно из Еревана. Российские политики также неоднократно выступали с резкими заявлениями в адрес армянского руководства. И здесь особое место занимает Дмитрий Медведев, заместитель председателя Совета безопасности России, известный своей агрессивной манерой политических высказываний.

Он неоднократно критиковал внешнеполитический курс Армении, её сближение с Европейским союзом и позицию по отношению к ОДКБ. В мае он выступил с серией резких заявлений о политике Пашиняна и последствиях возможного дистанцирования Еревана от Москвы. В июне Медведев предупреждал о последствиях разрыва сложившихся связей с Россией для простых граждан Армении. В октябре он заявил, что самым опасным сценарием для Армении стало бы её превращение в «новую Украину».

И вот теперь глава армянского МИД предлагает публике картину конструктивных дискуссий, решаемых проблем и братских отношений. Получается, что вчера Москва не выполнила ожиданий Еревана, а сегодня стороны уже обсуждают всё по-братски. Да, дипломатия действительно предполагает возможность пересмотра отношений. Но тут явно не тот случай. С обеих сторон уже было столько всего сказано, что никакое сближение, на практике, а не на словах, уже невозможно.